Ещё

Заветные подруги 

В прокат выходит еще один номинант на «Оскар» — «Кэрол» Тодда Хейнса: Кейт Бланшетт и Руни Мара разыгрывают лесбийскую ретромелодраму, напоминая о том, как интересно смотреть на женское лицо.
Нью-Йорк, середина прошлого века, предрождественская суета. Поутру сотрудница магазина игрушек Терез (Руни Мара) получает положенный по случаю красный колпак, и отправляется за уставленный куклами прилавок. Сочетание заспанной физиономии и праздничной шапки, а также необходимость купить подарок дочери, сводят ее с Терез Кэрол (Кейт Бланшетт) — роковую блондинку в мехах на грани развода. Оформив заказ на железную дорогу и позабыв на стойке перчатки, Кэрол случайно решает свою дальнейшую судьбу, которая теперь неразрывно связана с Терез.
В начале 1950-х писательница Патриция Хайсмит написала роман «Цена соли». После целого ряда детективов («Незнакомцы в поезде», «Талантливый мистер Рипли» и т.д.), Хайсмит неожиданно обратилась к жанру мелодрамы, но издателей, отвергших книгу, смутило, разумеется, не это, а слишком неоднозначный предмет повествования — высказываться на тему гомосексуализма в беллетристике тогда было не принято. В итоге «Цена соли» была издана под псевдонимом Клэр Морган, продалась миллионным тиражом, а имя вымышленного автора начали приходить откровенные письма читательниц. Спустя много лет книга была переиздана уже под настоящим именем писательницы, а название сменили на лаконичное «Кэрол».
В нынешнем году первый за восемь лет полнометражный фильм Тодда Хейнса «Кэрол» стал одним из фаворитов оскаровской гонки и — одним из фильмов, которые, будучи представлены в ключевых номинациях, не получили ничего.
Наибольшие шансы на победу у картины были, разумеется, в актерских категориях, но Руни Мару обошла Алисия Викандер за «Девушку из Дании», а двухкратную оскаровскую лауреатку Бланшетт — юная Бри Ларсон. Задним числом такая логика киноакадемиков понятна, но все же совсем обойти вниманием картину, посвященную суперактуальной теме после снятия запретов на гей-браки, на первый взгляд, странновато — особенно, для людей, которые знакомы с «Кэрол» лишь на уровне завязки.
После просмотра фильма все вопросы отпадают сами собой. Дело в том, что  взявшись за отражение острой и популярной темы, режиссер будто нарочно вычистил из сюжета какие бы то ни было социальные акценты,
компенсировав их безупречной реконструкцией эпохи. «Кэрол» это не лесбийская мелодрама, как «Жизнь Адель» Абделлатифа Кешиша или «Связь» братьев Вачовски (хотя обе картины несомненно достойные), это фильм о любви, которой невозможно не покориться. Пол влюбленных для Хейнса — лишь выгодное обстоятельство, позволяющее избежать штампов, из-за которых серьезными людьми мелодрама считается жанром почти что стыдным.
Хейнс и оператор Эдвард Лахман рассказывают историю, будто бы невзначай подглядывая за героинями — чувство знакомое всякому, кто засиживался в кафе, вслушиваясь в интересный разговор за соседним столиком.
Половина сцен снята из-за стекла, через дверной проем, из-за чьего-нибудь плеча, единственная постельная сцена начинается с того, что зритель некоторое время наблюдает за затылком Руни Мары.
Камера долго кружит, будто пытающийся остаться незамеченным наблюдатель и всякий раз дожидается момента, чтобы показать главное — лица Бланшетт и Мары, которые сыграли в фильме одни из лучших своих ролей. Собственно, детективная атмосфера, свойственная прозе Хайсмит, пресловутый саспенс нагнетается именно в умопомрачительных длинных крупных планах, в которых на почти неподвижных лицах происходит еле заметная игра нюансов, та самая жизнь других, за которой многие ходят в кино.
Ближе к финалу «Кэрол» уже вообще забываешь о том, что на экране происходит что-то условно запретное или спорное — в последний раз настолько универсальной гей-история выглядела, кажется, в «Полном затмении» Агнешки Холланд. Ну и последнее. Во всем мире «Кэрол» вышла еще год назад, российские прокатчики, кажется, рассчитывали на дополнительный пиар со стороны «Оскара» — не вышло, но в итоге все равно получилось красиво. Через пару дней после приуроченной к празднованию Международного женского дня истерии никому точно не помешает на большом экране убедиться в том, о чем мужчины порой забывают: вглядываться в лица виновниц минувшего торжества можно практически бесконечно.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров