Ревизор.ru 11 апреля 2018

Концерт солистов оркестра Большого театра — дань уважения своему учителю

Фото: Ревизор.ru
В Бетховенском зале вдруг каким-то образом выстроилась сама история XX-XXI века в сегменте, посвящённом традиции гобойного исполнительства и её продолжения в наши дни.
Ведь Иван Фёдорович Пушечников, выдающийся педагог, исполнитель, профессор, академик, сам работал в Большом театре с 1939 по 1959 год. Его учитель Н. Н. Солодуев был солистом Большого театра до 1947 года, ученик И. Ф. Пушечникова, открывший этот концерт рассказом о своём учителе, Л. В. Кондаков, профессор Академии им. Гнесиных, тоже в прошлом солист оркестра Большого театра. Нынешние солисты оркестра, те самые выдающиеся музыканты, которые участвовали в этом концерте, тоже в большинстве своём являются учениками И. Пушечникова. Сергей Лысенко (гобой). Фото: chambermusic.ru  И Л. Кондаков в своём вступительном слове совершенно справедливо поставил И. Пушечникова в один ряд с такими педагогами как П. Столярский и Ю. Янкелевич.
Сам концерт показал новые ракурсы, казалось бы, хорошо известных вещей.
Во-первых, это касалось репертуара. Дело в том, что духовое сольное и камерное исполнительство в наших краях — вещь традиционно не столь распространённая, как, скажем, ансамблевая деятельность струнных квартетов или сольных концертов скрипачей, виолончелистов и пианистов. «Цивилизация» духовиков гораздо более ограниченная по аудитории. Более того, до недавнего времени она была более ограниченной и по репертуару. В силу этого значительная часть произведений, исполненных в этот вечер, знакома в первую очередь как часть педагогического репертуара, на котором учились все гобоисты — и те, кто находился в Бетховенском зале в качестве слушателей, а там были и такие мэтры, как А. Любимов, тоже ученик И. Пушечникова и в течение многих лет легендарный солист Госоркестра под управлением Е. Светланова, и те, кто находился в этот вечер на сцене. Андрей Рудометкин (фагот). Фото: classicalmusicnews.ru  В исполнении солистов Большого театра эти произведения приобрели самостоятельную художественную ценность, прозвучав совершенно непривычно, особенно для уха, привыкшего к более или менее корявому их исполнению в рамках учебного процесса.
Так, Софья Беляева в сопровождении коллег (И. Цинман — скрипка, Д. Усов — альт, А. Безносиков — виолончель) исполнила виртуозный квартет В. -А. Моцарта фа-мажор, как бы развлекаясь среди всех сложностей, которые обычно с трудом преодолевают учащиеся, исполняя самые технически сложные места демонстративно легко, уходя в верхний предельный диапазон на пианиссимо, превращая проблему в шутку. Софья Беляева. Фото: doublereed.ru  Чуть позже она исполнила Adagio из очень популярного Концерта для гобоя с оркестром А. Марчелло — И. С. Баха в свободной барочно-импровизационной манере, отталкиваясь лишь от авторской канвы и заполняя все потенциальные паузы кружевной вязью мелизмов, трелей и опеваний опорных нот.
Трио Л. ван Бетховена для двух гобоев и английского рожка — уникальное произведение для такого состава, а потому широко известное в узких кругах — Ор.87, мастерски исполнили Александр Крылов (гобой), Антон Шебеко (гобой) и Владислав Комиссарчук (английский рожок). Ансамблевая игра продемонстрировала фантастическую сыгранность музыкантов, это было заметно и в манере звукоизвлечения и в «едином дыхании» всей группы.
В. Комиссарчук очень интересно и при этом абсолютно по-моцартовски исполнил Адажио В. -А. Моцарта для английского рожка и струнных (при том, что Моцарт, безусловно, не имея в виду никакого английского рожка в инструментальном произведении, написанном без особой привязки к какому либо конкретному инструменту). Алексей Раев (валторна). Фото: www.classicalmusicnews.ru  И здесь я хотел бы, после некоторых общепедагогических ассоциаций, обратить внимание ещё на одну сторону этого праздника исполнительства.
Мы знаем всех этих замечательных музыкантов в первую очередь по их работе в оркестровой яме, по их филигранной работе в контексте сложнейших партитур. А ведь это совершенно иной род деятельности, чем сольное или камерное исполнительство. Сольное исполнительство предполагает иные, бóльшие пространства для проявления того высочайшего мастерства, которым мы восхищаемся в рамках оркестровой игры. Николай Попов. Фото: xn—7kcbgld8ar8aphgi7e0de.xn—p1ai
И эти игры с формой, пространством и музыкальной свободой блистательно продемонстрировал концертмейстер группы гобоев заслуженный артист России Сергей Лысенко. Здесь была и феерическая виртуозность в «Каприччио» А. Понкьелли для гобоя и фортепиано (Н. Киселева), и как бы нарочитая, гипертрофированная филировка звука почти на пределе технических возможностей инструмента в «Вечерней песне» Р. Шумана, и переливающийся множеством тембров прекрасный «мерцающий» звук в Арии Ациса из оперы «Полифем» Н. Порпоры и арии Морганы из «Альцины» Г. Ф. Генделя. Сергей Петров (кларнет). Фото: artbene.ru  Во втором отделении концерта собственно духовым квинтетом Большого театра в составе Н. Попова (флейта), С. Лысенко (гобой), С. Петрова (кларнет), А.Рудометкина (фагот) и А. Раев а (валторна) были исполнены квинтеты для духовых инструментов двух очень разных композиторов из разных эпох. Один из них — Джузеппе Камбини, творчество которого принадлежит концу XVIII века, другой — Август Клугхардт, немецкий композитор эпохи Брамса.
Очень приятно было видеть, как самые разные музыканты оркестра поддержали своим участием этот вечер гобоистов, посвящённый их великому педагогу –в концерте также принял участие ансамбль струнных инструментов (концертмейстер заслуженная артистка России Инна Ли), придавший событию иной, ещё более солидный масштаб.
Комментарии
Читайте также
Фанатам не понравился концерт Лазарева в «Олимпийском»
Названа худшая музыкальная группа
«Кукрыниксы» спели «Последнюю песню»
Бузова записала рэп-песню с Бастой