Вечерняя Москва 14 июня 2018

Станислав Говорухин: «Всегда считал, что зритель умнее режиссера»

Фото: Вечерняя Москва
Режиссер, сценарист, актер Станислав Говорухин умер утром 14 июня. Станислав Сергеевич был другом «Вечерней Москвы».
Он всегда шел навстречу нашим читателям, давая интервью, рассказывая о своих новых фильмах, комментируя события большой политики, поскольку был депутатом Государственной Думы. «Вечерка» неоднократно освящала деятельность режиссера на российских и международных фестивалях. Однажды мы даже встретились со Станиславом Сергеевичем в Болгарии, на Золотых песках, где его фильм «Артистка» получил «Зофлотую Афродиту» Международного фестиваля «Любовь — это сумасшествие». Но самым любимым фестивалем отечественного кино, на который он ездил каждый год, было «Окно в Европу» в старинном Выборге. Там его фильмы всегда получали приз зрительских симпатий. Ведь именно публика ждала каждую новую картину режиссера и очень была рада его приезду. К сожалению, в этом году ее кумир до него не дожил.
Однажды мы шли со Станиславом Сергеевичем вдоль пруда в Выборге после премьеры его картины «Weekend», смотрели на кружащих над водой чаек, цветущие кувшинки и беседовали. Он курил свою трубку и, как сейчас помню, говорил о том, что «курить трубку — целая наука, причем довольно трудная, и, поскольку он ее освоил, отказаться от нее не может». Так и сказал: «Думаете, что курить трубку — это легко? Нет, это большой труд, наука».
Курение во многом стало причиной смерти Станислава Сергеевича, но, как говорится в таких случаях: «Если бы знать!». В Выборге же он встречался со своим старшим сыном, который ушел из жизни раньше отца, — журналистом, писателем, режиссером и героем нескольких войн Сергеем Говорухиным. Оба они на фестивале «Окно в Европу» августовским вечером 2008-го за одним столом праздновали премьеры своих работ. Они были очень похожи — высокие, сильные, прямые, решительные, только у Сергея не было ноги — ее он потерял на войне. Младший Говорухин привез на фестиваль свой последний фильм «Никто кроме нас…», главный герой которого — военный журналист, и получил в награду Серебряную ладью «За мужество и верность профессии». А его отца отметили «Золотой ладьей» за «Пассажирку».
27 октября 2011 года Сергея не станет. Он умер в возрасте 50 лет, и одной из причин скоропостижной смерти, по мнению отца, стало чрезмерное употребление никотина. В интервью «ВМ» после премьеры фильма «Weekend» Станислав Сергеевич признался, что смерть сына стала для него тяжелейшей утратой, подорвала его силы, но он все равно будет снимать кино, потому что у него нет времени на остановку.
— Увы, мне 80 лет, и у меня нет ни дня на то, чтобы ждать, когда я смогу снимать новую картину, — признался режиссер.
Последние три фильма — «В стиле джаз», «Weekend», «Конец прекрасной эпохи» — Станислав Говорухин снял за шесть лет. Практически без перерыва. И в каждой картине он открыл новую звезду. В фильме «В стиле джаз» — Аглаю Шиловскую, в картине «Weekend» с участием Александра Домогарова и Екатерины Гусевой — Юлию Хлынину, а в последней работе, снятой по произведениям Сергея Довлатова, — Ивана Колесникова. «Конец прекрасной эпохи» получил главную награду российского национального фестиваля «Ника». Далеко не все члены академии проголосовали за ленту, но все признавали, что экранизация Довлатова — удалась и что Станислав Говорухин с возрастом не стал снимать хуже.
В первую очередь, даже будучи депутатом, он оставался режиссером. Ежедневно, вплоть до тяжелой болезни, после заседаний в Государственной Думе Станислав Сергеевич ехал в свой кабинет на «Мосфильме» и работал над будущей картиной. Между прочим, он не использовал свои возможности государственного человека, чтобы выбивать государственные деньги на свои съемки. Все последние фильмы он снимал, привлекая продюсеров, и с весьма скромным бюджетом.
Премьеры тоже проходили очень тихо, без красных дорожек и звездных тусовок. Станислав Сергеевич терпеть не мог всю эту «звездную пыль». Считал себя человеком из другого времени, даже из другого века. В прямом смысле не разлучался с книгой. Где бы он ни появлялся — в его руке была книга, которую он читал. И так до конца своей жизни. В Выборге, например, представляя фильм «Пассажирка» по рассказу писателя XIX века Константина Станюковича, Станислав Сергеевич ходил в книжные магазины города и искал книги, которые еще не читал.
Он купил биографию Ван Гога «Жажда жизни» Ирвинга Шоу и о своем выборе сказал «ВМ».
— В последние годы я рисую картины, и это занятие приносит мне огромное удовольствие. Если бы можно было выбрать профессию для следующей жизни (я в это не верю, но все же), то хотел бы стать художником, — признавался Говорухин.
Режиссер был большим ценителем красоты. Он находил ее везде: в природе, в людях и, конечно, в искусстве. Все его картины — красивые, включая последнюю — «Конец прекрасной эпохи». Он был элегантным мужчиной — всегда в костюме, в белой рубашке. А вот с всемирной паутиной Станислав Сергеевич взаимопонимания не нашел. На мой вопрос, почему он не пользуется интернетом, ответил:
— Мне это не нужно. Я — из мира книг (он — автор экранизаций романов Жюля Верна, Стивенсона, Агаты Кристи, братьев Стругацких и Сергея Довлатова — Прим. «ВМ»). Если бы у меня была потребность в интернете, я освоил бы это пространство, но у меня ее нет.
Этот вопрос возник после нашего интервью в кабинете «Мосфильма», приуроченного к выходу в прокат ленты «Конец прекрасной эпохи». Я спросила адрес электронной почты, на который прислать текст на визу. Но Говорухин сказал, что «не знает адреса и доверяет своим коллегам-журналистам, ведь по первому образованию он журналист.
— Я всегда верил и верю людям. Без веры в человека невозможно снимать кино, — подчеркнул режиссер. Слово за словом, и наше интервью на „Мосфильме“ продолжилось. Сегодня „ВМ“ впервые публикует те фрагменты, которые не вошли в основную часть.
— Станислав Сергеевич, вы открыли много звезд, которые когда-то были неизвестными. Как вы их находите?
— Одних артистов надо искать, а других — не надо. А смотрю я много фильмов. Увидел Домогарова, Гусеву и подумал: „Хорошо бы с ними поработать“. Пригласил в свою картину „Weekend“. Хорошо, когда удается открыть новую звезду, но, во-первых, это должно быть не специально, с мыслью „Вот я открою новую звезду“, а как бы нечаянно. Во-вторых, не в каждой картине это получается. Нахожу в театрах талантливых актеров. Кстати, я очень люблю ходить в театры. Да и сотрудники моей компании „Вертикаль“ подсказывают имена молодых талантов. Нет у меня такой задачи — открывать звезд. Кстати, это ужасно, когда употребляют слово „звезда“.
— Вы же не будете отрицать, что Светлана Ходченкова, которая дебютировала в вашем фильме „Благословите женщину“, — звезда?
— Буду. Света — артистка, довольно неглупая, амбициозная. Признаюсь, я не был в восторге от того, что она превратилась в девушку модельной внешности, но это ее дело. Мы со Светой продолжаем работать. Недавно она снялась в моей продюсерской картине для детей и юношества „Дневник мамы первоклассника“.
— А какие задачи вы перед собой ставите, когда снимаете фильмы?
— Хочу доставить удовольствие своему зрителю. Замечу, что мой зритель — такой же человек, как и я. Нормальный человек. Я же вам рассказал, что я — тоже зритель, который ходит в кинотеатры, в театры. Только мой зритель — очень отличный от сегодняшнего, который жует поп-корн.
— Я была на съемочной площадке вашего фильма „В стиле джаз“ и видела, как вы мобильно снимаете кино. Сегодня мэтры делают это у мониторов. А вы не сидели, давали команды, все сами расставляли на площадке, руководили деятельностью оператора…
— А зачем мне сидеть на стуле? Разве у меня много времени впереди осталось? Я снимаю кино не для того, чтобы сидеть у монитора. Для меня кино — это вечное движение. Оно помогает мне оставаться в форме и чувствовать себя молодым человеком.
— Какие у вас взаимоотношениям с критиками?
— Отношений с кинокритиками у меня нет. Не прислушиваюсь к другим мнениям. Мой единственный критерий — нравится или не нравится зрителю. А это видно по реакции зала. Поэтому я езжу на фестивали, встречаюсь с публикой. Людей ведь не обманешь.
— По праву вас считают народным режиссером?
— Для меня это дорого — быть любимым народом. Я ведь сам из народа. Да и фильмы снимаю об обычных людях. Не люблю исторические костюмные фильмы, потому что волей-неволей где-то соврешь. А я не могу обманывать зрителя. Сегодня без рекламы нельзя прокатить картину, а у меня нет желания тратить огромную кучу денег на лживую рекламу. Все, что рекламируют, — как правило, вранье. Стараюсь жить не по лжи.
— Отражается ли ваша политическая деятельность на творчестве?
— Любая картина в той или иной мере — все равно политика. И разговоры о „чистом искусстве“ — ложь. Если не собираешься вбивать гвоздем в голову зрителя какую-то идею, все происходит невольно. Но я всегда считал, что он умнее режиссера — сам разберется и сделает свои выводы. Если картина не дошла до сердца зрителя, в этом виноват только режиссер. Если ты не понял, то режиссер плохо рассказал. Каждый фильм снимаю, будто бы рассказываю историю. Это у меня от моей профессии — журналиста. Ведь для журналиста главное — простым, понятным, интересным языком поведать читателям удивительную историю.
— Есть планы на новый фильм?
— Я часто путаюсь в своих планах. Есть заготовки, и много. Постоянно работаю над сценариями. Я люблю писать гораздо больше, чем снимать кино.
Комментарии
Читайте также
Владимир Варнава и Сергей Полунин о будущем балета
Секреты «Алых парусов»: Хореография
«Богема» в Большом и балет Парижской оперы
XII Междyнародная летняя школа СТД